Бальные танцы и я или «где я и где бальные танцы?»

Бальные танцы и я

или 

«где я и где бальные танцы?» 

Я с детства люблю танцевать.

Даже начинала посещать кружок в Доме пионеров, когда училась в школе. Туда сначала записалась моя подружка-одноклассница, Расима. Мы тогда учились в восьмом классе, а я в тот год еще параллельно заканчивала обучение в художественной школе. А Расимашка нигде, кроме школы, не занималась, и вот, она откуда-то узнала про этот кружок и пригласила меня ходить вместе. Мы с ней были тогда «не разлей вода», так дружили. А я очень хотела танцевать, так что с радостью согласилась, но мне удалось посетить только одно занятие.  Да, потому что расписание танцев совпадало с уроками в художке, а там был выпускной, ответственный год, пропускать занятия нельзя. Тем не менее, этот урок навсегда врезался мне в память. Вел его оригинальный мужичок, по моим представлениям, совсем не похожий на танцора. Маленького росточка, никакой балетной осанки, на мой взгляд, старый (лет 40, наверное), и в огромных ботинках с толстой подошвой! Особенно бросались в глаза эти «говнодавы», они никак не вязались в моем сознании с танцем. Танец – это легкость, пуанты, или, раз уж он мужик, какие-нибудь мягкие тапочки. Но, к моему удивлению, этими громоздкими ботинками, он с легкостью выделывал балетные «па», и через несколько минут я забыла все свои первые впечатления – передо мной был классный танцор! Занятие наше было у балетного станка, то есть, наблюдалась заявка на серьезный подход. Я даже словила похвалу от учителя – высоко задрала ногу, так что он привел меня в пример другим.  Тем жальче было мне бросать еще не начатое обучение, тем обиднее. Но… Не судьба.

Свою тягу к движению я удовлетворяла на дискотеках в пионерских лагерях, на школьных вечерах, а потом на таких же мероприятиях в институте.  На своей свадьбе я так танцевала, что гости выражали опасения, не будет ли мне плохо! Первое время замужества, встречаясь с друзьями, мы все весело танцевали современные танцы. Но, постепенно, наши встречи приняли другое направление – застольно-разговорное.  Музыка и танцы остались в стороне, возможно, потому, что друзья моего мужа – профессиональные музыканты, а сапожник, как известно, без сапог.  Так я осталась без танцев – на долгие годы.

Вся активная молодая жизнь моя прошла, можно сказать, впустую – танцам в ней места не было. Но незадолго до рождения моего первого внука (мне как раз было уже за сорок), другая моя подруга, Татьяна, предложила записаться на Бальные танцы в ДК Химиков, в клуб «Танго».

Руководителем этого клуба был молодой человек по имени Роман. Высокого роста, очень стройный, симпатичный, только один недостаток – от природы все его тело было пигментировано неровными разводами родимых пятен. Первое время это очень бросалось в глаза, но потом мы привыкли. Манеры Романа выдавали в нем танцора и на первых порах резали глаз, вызывая сомнения по поводу традиционности его ориентации.

Однако, опасения не подтвердились. Этот молодой человек, хотя и был еще очень молод, младше нашей старшей дочери, но уже имел жену и ребенка — дочку Леночку. Жена его, Татьяна, была необыкновенная красавица, хоть и немного располневшая после родов. Это, однако, не мешало Роману обращать внимание и на других женщин, что иногда было заметно со стороны – шило в мешке не утаишь — у нас бывали совместные мероприятия, где и становилось явным нечто тайное.

Поинтересовавшись у компетентных источников, как удалось такому молодому человеку раскрутить клуб бальных танцев, мы узнали, что мама Романа женщина предприимчивая, занимающая главенствующее положение в фирме «Родник здоровья». Стало понятно, кто спонсирует клуб, а также конкурсы, куда приглашались участники и из других городов. Эта семейка вообще оказалась с «коммерческой жилкой». Роман с женой параллельно занимались туристическим бизнесом – организовывали туры заграницу, а летом Роман вывозил свих кружковцев к морю. Молодцы, короче, крутятся.

Помогала нашему тренеру девушка Ксюша, его партнерша. Эта девушка была еще моложе – младше нашей младшей дочери, Ольги, на год. Брюнетка с тонкими чертами лица, чем-то напоминающими актрису Анну Ковальчук, она представляла собой образец танцовщицы, с малолетства погруженной в этот вид искусства. За ее плечами были долгие годы занятий, огромное количество призов за участие в конкурсах. Сейчас она плавно переходила к тренерской работе, благоразумно полагая, что такая подработка всегда пригодится. Основной профессией она выбрала какое-то другое поприще, которое осваивала, учась в ВУЗе. Творческий союз ее с Романом сложился уже после ее профессиональной карьеры. Тогда, когда она «звездила» на паркете, у нее был другой партнер. Вместе с Романом они перевели свои навыки в реальные деньги. Их дуэт пользовался успехом на различных мероприятиях, украшая их. Это удовольствие можно было получить за определенную сумму, определяемую Романом.

Для нас эта пара – Ксюша и Роман, представляла недостижимый идеал – стройные, высокие, изящные и красивые. А как они танцевали! Можно представить, что мы с Татьяной, уже довольно «не свежие» тетки, даже не мечтали достигнуть такого мастерства, нам было достаточно хотя бы видеть своих кумиров и восхищаться ими.  И вот, мы стали ходить на занятия, два раза в неделю, и платить за это 300 рублей в месяц. Сначала все было неплохо. Мы разучивали основные движения классических  и латиноамериканских танцев. Но потом тренеры стали ставить учеников в пары, но нам  пары не хватило, дефицит! Можно было встать в пару вдвоем, что мы и сделали, но кому-то надо тогда учить мужскую партию, которая здорово отличается от женской. Короче, энтузиазма у нас поубавилось. Но мне повезло! Мой муж стал намекать, что хотел бы тоже ходить со мной на танцы! И, действительно, стал приходить на занятия! Об это можно было только мечтать! Правда, он не собирался бросать свое карате, которым занимается практически все свободное время, но я и тому была рада! Тем более, что вскоре он понял, что занятия надо посещать не пропуская, иначе толку не будет.

Так вот и получилось, что мы целых пять лет вместе с мужем занимались бальными танцами, и какое это было прекрасное время! А вот подруга моя постепенно перестала ходить на занятия – это я к тому, что без партнера в этом виде танцев проблематично.

Несмотря на такое мое везение – партнер обнаружился в непосредственной близости, нельзя сказать, что у нас так уж хорошо все получалось. Выяснилось, что и я и Володя не так уж легко воспринимаем науку танца, все-таки возрастные изменения мозга сказываются. Да еще на этом фоне, а, может быть, именно из-за этого, мы постоянно ссорились. Почти каждая тренировка заканчивалась взаимными обидами. Володя обиженно молчал, а я порой чуть не плакала (а если честно, то плакала, только, когда никто не видел). После занятий иногда надолго оставался осадок от взаимных претензий, даже уже дома. Наши стычки были заметны со стороны, вызывая законную улыбку у окружающих. Однажды мы так увлеклись своими разборками, что Роман прикрикнул на нас: «Черновы, вот и не подеретесь!»   Да, я забыла сказать, что мы были самые «возрастные» ученики в нашем клубе, говоря запросто – самые старые. Тем смешнее мы выглядели со своими подростковыми выяснениями отношений. Ругались мы, конечно, от досады, когда у нас что-то не получалось. Каждый обвинял в этом другого – я – Володю, он – меня. Но открыто мы в этом не сознавались, зато придирались по мелочам, обижаясь то и дело друг на друга. Отчетливо помню, что меня не устраивало то, что Володя, на мой взгляд, был ко мне недостаточно внимательный и руки у него слишком жесткие. Казалось бы, ну и что? А вот и что – оказывается, ужасно влияют абсолютно любые мелочи. Володю во мне тоже масса вещей не устраивало, и он часто бывал напряжен из-за этого, я же все чувствовала — и сразу обижалась. Думаю, здесь большую роль играло то, что мы муж и жена, мы подспудно ждали друг от друга повышенного внимания, в основном я от Володи, это нам и мешало. Короче, испытание для наших отношений было серьезное, не шучу. Зато мы были самые ответственные – никогда не пропускали занятия, не филонили.

Наш урок всегда начинался с разминки, которую проводила Ксюша. Эту девушку отличала изящная красота, грациозность, рафинированная четкость движений. Разминка имела специфическую направленность движений, включая подготовку к «латине» (движения бедрами, чем так отличаются латиноамериканские танцы).  К концу разминки «подгребал» Роман, который разработал себе имидж очень занятого человека – у него же на попечении клуб, детские группы, на базе которых он «ковал» чемпионов. Постепенно он почти перестал приходить, свалив всю нагрузку на помощницу. Наша, довольно малоперспективная в отношении участия в конкурсах группа, имела для него, в основном, коммерческий интерес. Ну, понятно, сюда приходили все желающие, не зависимо от способностей. Среди занимающихся была большая «текучка» — наплывы большого количества желающих сменялись почти пустым залом. В такой ситуации трудно было составить пары, способные серьезно заниматься. А потом, была еще важная деталь – приходили, в основном, особи женского пола. Среди мужской половины нашего населения бытует стойкое мнение, что танцы – занятие не мужское, и те из них, кто позволяет себе танцевать, дискредитируют всех «настоящих» мужчин.  Для занятий танцами мужчинам необходимо иметь некоторое мужество, пойти против стереотипа. На это, как показала практика, способны не многие. Мало этого, складывалось впечатление, что, действительно, на танцы идут только те мужчины, которые вообще ни на что не годны! Кроме нескольких совершенно нормальных ребят и моего мужа, вполне мужественных и не имеющих комплексов. Мой муж, например, во всем талантлив – хоть танцы, хоть карате. Все понимают, что на самом деле и в танцах главный — партнер, как и во многих других делах. Роман нам говорил, кого-то цитируя: «Танцует партнер – он ведет всю линию танца и партнершу, а она – это цветок или бант на лацкане его пиджака». Но к нам приходили такие, с позволения сказать, «партнеры»… Один, помню, жирненький такой, никаких данных, да еще потел так, что с него прямо на пол лилось! Мы по залу шли пара за парой, и если приходилось идти за ним, то поскальзывались на лужах из пота!  Приходили такие увальни, что гораздо лучше было не иметь партнера, чем встать в пару с таким «слоном». Женщины тоже, конечно, были с разными способностями, но чаще вполне пригодные для занятий. Таким образом, был очень большой отсев, и составлять пары было особо не из кого. В этом плане я и Володя представляли собой привлекательный вариант – пара дисциплинированная и стабильная, но… Один недостаток – возраст.  Часто Роман вставлял в композиции движения, которые нам не комфортно было выполнять – как-то не так у нас получалось, не изящно и эротично, а коряво и комично. У нас даже появилась кличка в нашем тесном кругу – «мишки Гамми». Но, при желании, с нами можно было поставить танец попроще и довести нас до участия в конкурсе. И Роман имел на нас виды, даже сделал поблажку в оплате занятий — мы вдвоем платили, как за одного. Оказывается, возрастная категория «после сорока» и даже больше, очень даже популярна в любительских конкурсах бальных танцев. Но мы не были готовы заниматься так часто, как это необходимо для подготовки к конкурсу, да и тратить солидные суммы на наряд для выступления в наши планы не входило, а без этого, какой конкурс? Сам Роман утверждал, что половина успеха танца – это костюм. Нам это было совсем не по карману, покупка танцевальной обуви и оплата занятий и так достаточно отражалась на семейном бюджете. Так и получалось, что для участия в конкурсе должны были быть пары, для которых бальные танцы являются чем-то больше, чем простое хобби. В нашей группе такие были, но в очень малых количествах – буквально одна-две пары, выгодно отличающиеся от основной массы. Пару лет подряд в их число входила наша младшая дочь, которую мы тоже вовлекли в эту танцевальную историю. У нее неплохие данные, и кабы раньше, с детства, так, может, достигла бы уровня не ниже Ксюшиного. В связи с этим ей Роман подобрал перспективного партнера, который тоже имел способности, и занимался не первый год. Вот с ним она и участвовала в конкурсах. А привлекли ее мы случайно. В то время наша старшая дочь уже вышла замуж, и мы жили только с младшей. Возвращались мы с занятий поздно, и иногда пытались дома повторять пройденный материал. В условиях нашей квартирки это было сложно – мы шумно двигались, врезались в стены, и при этом громким шепотом считали ритм — раз, два, три, ча-ча, раз… Дочь, Оля, обычно к этому времени уже укладывалась спать (ей было рано вставать в институт), и своим шумом мы ее будили. Увлекшись, мы с шепота переходили на голос, смеялись, и прерывало наше веселье внезапное появление разъяренной фурии – заспанная, злая Оля в ночнушке выскакивала из соседней комнаты и начинала на нас ругаться. В конечном счете, мы уговорили ее заниматься с нами, вместо того, чтобы злиться.

Так вот, для нее, мы, любящие родители, не пожалели средств и оплатили пошив платья у специальной портнихи, и еще разорились на ткань и аксессуары – поедки, бусинки, блестки. Самое активное участие в подборе фасона платья принял Роман. Я первый раз в жизни видела мужчину, который бы так детально и придирчиво относился к женскому наряду. Он корректировал каждый стежок, отслеживал длину платья, добивался, чтобы оно максимально подчеркивало достоинства и скрывало недостатки фигуры.  Платье получилось неплохое, дочь наша заняла второе место на конкурсе, так что не зря мы старались.

За годы занятий танцами мы, разумеется, много чему научились, но сказать, что могли спокойно вдруг «сбацать» танец, нельзя. Каждый год мы разучивали новые композиции в разных номинациях. Выученные в предыдущем году танцы безжалостно отбрасывались нашими тренерами за ненадобностью и забывались нами начисто. Новые танцы не всегда нам удавалось твердо заучить, так что щеголять танцевальными «па» мы не очень-то могли. Однако, по этому поводу мы не особо страдали, потому что нам важен был «процесс», а не результат.

На какой – то праздник, по-моему, новый год, я сочинила песенку на мотив популярной тогда песни Верки- сердючки:  

Песенка про бальные танцы

Если даже вам немного за сорок,

Есть надежда стать звездою танцоров!

Все отбросив сомненья,

Смерив пульс и давленье,

Мы теперь учим танцев движенья!

 

 Мы от бальных от танцев фанаты,

Нам не надо призов и награды,

Мы на танцы подсели,

К ним душой прикипели,

Наконец, мы нашли, что хотели!

 

Припев:

Румба-хорошо, самба – еще лучше,

Танго, вальс, фокстрот – такой шарман!

Ча-ча-ча и джайв нас они научат

Ксюша и Роман, Роман, Роман!

Если дама вам на палец наступит,

А потом смущенно глазки потупит,

Будто-бы ненароком,

Повернитесь к ней боком,

Что б партнерша упала с подскоком!

 

 Если ваш партнер потеет не в меру,

Если с ним в себя теряете веру,

Все равно вы молчите,

На него не ворчите,

Здесь партнеры в большом дефиците! 

Припев:

В 2007 году мы уже ходили на занятия «через пень-колоду», потому что мама моя все больше нуждалась в уходе, а, главное, ее раздражало, что я хожу на танцы, когда она так болеет. Старость и болезнь часто эгоистична, и в идеале она мечтала бы, чтобы я неотлучно сидела при ней. Ей не нравилось, когда я отвлекалась от нее на чтобы то ни было, даже на домашнее хозяйство. Я не собиралась потакать таким нереальным требованиям, но танцы я была в состоянии отменить, поэтому решила уважить ее желание хотя бы в этом вопросе. Так и прервались наши занятия в клубе «Танго», прервались окончательно, потому что больше мы уже не вернулись.

В 2008 году мамы не стало, моя жизнь вошла в обычное русло, но все равно, как – то было не до танцев.  Сыграли роль многие факторы, главные из которых – материальный вопрос и лень. Появление четырех внуков решающей роли не играло – спасибо моим дочерям, они чудесные мамы, справлялись сами, без помощи бабушки. Конечно, нельзя сказать, что я вообще не участвовала в процессе, но больше как приходящая бабуля, нежели как постоянная нянька. А тут еще Володя решил усилить занятия карате, и на мои увлечения у него уже не было времени.

И вновь потянулись годы, где не было места танцам. Около восьми лет мое общение с бальными танцами ограничивалось телевизионными передачами, особенно программой последних лет «танцы со звездами». С интересом смотрела, как наши звезды осваивают танцевальную науку, восхищалась их успехами, расстраивалась неудачам, а для себя я на танцах поставила крест. Как выяснилось, напрасно.

Жизнь – непредсказуема, и я никак не могла предположить, что опять пересекусь с бальными танцами, причем в самом неожиданном месте.

В 2015 году, у меня на работе, в проектном институте, вдруг затеяли концерт своими силами, в честь восьмого марта. А потом на девятое мая (как раз 70 лет Победы).  Надо сказать, что это – благодаря кризису. Когда у института были деньги, то коллектив выводили на праздники в ресторан с концертной программой. А тут заказчиков поубавилось, соответственно, и средств тоже. Для поиска замены привычных развлечений был призван профсоюзный комитет, который, оказывается, у нас был, но никому не был интересен на волне материального благополучия.  Эта группа товарищей проявила неожиданную активность, как оказалось, не почившую с капитализацией общества, а лишь впавшую в летаргию, которую и нарушил кризис. Из старого сундука с красной звездой на крышке они извлекли забытое со времен СССР слово – самодеятельность. Этому волшебному слову мы и обязаны тем, что теперь имеем удовольствие лицезреть концерты на злобу дня с привязкой к нашей профессии на сцене институтского актового зала. Отыскались и таланты. В их числе оказалась милая девушка со знаковым именем Ксюша — великолепная танцовщица бальных танцев. Сначала она с партнером выступила на концерте, поразив всех своим профессионализмом, а потом взяла на себя постановку групповых танцев. Благодаря ее стараниям, аж в трех общеинститутских концертах были представлены массовые танцевальные номера, а еще были мероприятия внутри отдела №6, в котором Ксюша работала.

Группа товарищей, изначально принудительно выбранная в состав танцевальной массовки, втянулась в процесс и захотела продолжить обучение науке Терпсихоры. Ксения любезно согласилась проводить занятия после рабочего дня, в том же актовом зале нашего института.  Прослышав об этом, я моя подруга Татьяна (та самая, которая бросила танцы за неимением партнера), решили вклиниться с группу счастливчиков. Но мы понимали, что совместные занятия с группой, состоящей из танцевальных пар, плохо скажется на нашем психологическом состоянии, поскольку нам партнеры не светили. Тогда мы решили уговорить Ксению заниматься с нами, дамами пикантного возраста и без партнеров, в другое время. К нам присоединились еще несколько женщин. Время мы предложили обеденное, что вполне устроило и нас, и тренера.

И вот я вновь окунулась в эту дивную атмосферу —  шоссе, кукарача, чек, пол-правого поворота, спино-поворот, нью-йорк, виск…. Все это – названия движений разных видов бальных танцев. Звучит волшебно, согласитесь! Я вспоминала когда-то изучаемые движения и получала такое наслаждение! Мы разучили несколько небольших композиций – медленного вальса, ча-ча-ча и самбы.  Главное, мне совсем не мешало, что нет партнера! Наоборот, помогало! Наблюдая за некоторыми парами, которые иногда занимались с нами, я тихо радовалась, что могу танцевать одна, не мучаясь с партнером.  Тем более, что надежда на появление человека, согласного со мной танцевать, и умеющего это делать, была нулевая.  Единственный кандидат на это место – мой муж — теоретически не был против занятий, но практически заниматься не мог – время и деньги его совсем не устраивали.  Так что я не думала об этом, а занималась с удовольствием одна.

Но случилось непредвиденное. И опять виноват кризис. Ксюша нашла другую, более выгодную работу и уволилась! Мы чуть было не впали в отчаяние, но нам повезло! Ксюша, оказывается, иногда приглашала своего товарища, танцора-лауреата всяких конкурсов, для помощи в занятиях. Этот молодой человек согласился заменить ее и заниматься с нами, но, конечно, только после окончания рабочего дня. Мы очень обрадовались, хотя нам было жалко расставаться с нашим тренером — мы успели к ней привыкнуть.

И вот теперь наша группа из нескольких уцелевших учеников (большинство занятия забросили в первый же месяц), занимается с Дамиром – так зовут нашего учителя. Это очень юный молодой человек, совершенно противоположный Роману. В отличие от моего бывшего учителя – тонкого, как струна, он не так изящен, скорее полноват. Однако это не мешает ему быть весьма пластичным. Пластика его опять не имеет ничего общего с точеным и весьма четким, почти графическим рисунком танца Романа и Ксюши. Движения Дамира более мягкие, плавные, текучие, можно сказать, более женственные. Сначала меня это удивляло, но сейчас я привыкла. Этот юноша бывает с нами очень строг, так что иногда я ощущаю себя маленькой девочкой, за что ему отдельное спасибо. Занятия проходят довольно нерегулярно – часто не набирается минимальное количество, ради которого Дамир соглашается приезжать к нам в институт. Несмотря на очевидность того, что малочисленность группы чревата тем, что ее вообще не будет, в этом есть и некоторые преимущества. Например, во время занятия тренер часто танцует с ученицами, то есть и со мной тоже, а это здорово! Ну где бы я еще потанцевала с лауреатом всяческих конкурсов?

Занятия пропадают иногда и по независящим от нас причинам. Например, перед концертом в честь 8 марта занятий не было по причине занятости зала – артисты репетировали. Скоро опять зал будет закрыт для танцев – скоро 9 мая, подходит время репетиционного периода.

Но пока Дамир не откажется к нам приезжать, я буду заниматься, хотя мне часто не хватает силы воли – ловлю себя на мысли – а, может, не ходить сегодня? Поводов для пропуска занятий у меня полно – и лень, и дела, и, главное, здоровье начало подводить. Неожиданно я обнаружила, что колени мои не выдерживают нагрузки, особенно после занятий классикой – вальс и танго. Уже к вечеру следующего дня колени будто наливаются свинцом, трудно сгибаются, и я хожу, как в колодках. Чтобы предотвратить подобные явления я стала надевать на занятие наколенники, которые мне дала Оля. Помогает, но не очень. Не лучше дело обстоит и с латиноамериканскими танцами. Я бы сказала, даже хуже. Дело в том, что у меня от природы наблюдается расхлябанность суставов, которая выглядит, как гибкость. Я много лет не занимаюсь физкультурой, а растяжка у меня еще вполне хорошая. С одной стороны, это неплохо, но с другой, я не ощущаю границу дозволенного. Именно по этой причине я не ограничивала себя на занятии по самбо, на котором мы вовсю крутили восьмерки тазом и пытались выполнять характерные круговые движения разными частями тела. У меня неплохо получалось, и я старалась на всю катушку. А через день меня разбил радикулит! Никогда прежде я не испытывала ничего подобного! Нога болела так, что я готова была всех убить! Боль почему-то отдавала в ногу. Невозможно было ни сесть, ни встать, ни лечь. Рядом был только муж, и он, бедный, не знал, как мне помочь, пока я не приняла обезболивающее. Пришлось пропустить месяц занятий, и, возобновив их, я стала надевать еще и согревающий пояс на поясницу. Составив тандем с наколенниками, он добавил объемность моей фигуре, хотя я пытаюсь замаскировать свои «причендалы» — прячу пояс под кофту и надеваю длинную юбку. Разумеется, эта амуниция еще и сковывает мои движения, но заниматься без этих мер безопасности я боюсь – очень не хочется опять словить тот же «кайф».

Разумеется, все мои заморочки с опорно-двигательным аппаратом не могут не вызывать улыбку у тех, кто в курсе. Пуще всех веселится мой муж, каждый раз перед занятием напутствуя меня: «Смотри, аккуратно занимайся, задницей скромнее верти, помни про свой возраст. И, главное, не забудь одеть все, что надо – наколенники, нарукавники, пояс, шлем на голову, маску…» Это он намекает, что я одеваюсь на занятия танцами, как хоккейный вратарь! Ну и пусть! Все равно не брошу танцы! Он сам со своего карате приходит, как подросток после уличной драки – весь в синяках! Так что мы – одного поля ягодки.

На фоне модной сейчас повальной «физкультуризации» населения, многие мои друзья и знакомые посещают спортивные комплексы и занимаются там и на тренажерах, и в бассейне, и много еще где. Туда валят толпы людей, благо сейчас фитнес центры плодятся, как грибы после дождя. В числе фанатов фитнеса немало моих подруг. Одна из них посещает бассейн два раза в день уже несколько лет, вот какая дисциплинированная! Но она-то хоть всегда была спортивной, а вот другая моя подружка очень удивила всех, начав заниматься на тренажерах, да так фанатично, что диву даешься! А раньше, вроде, тягой к физкультуре не отличалась, даже на шейпинг ходила чуть не со слезами. Исключение составляли лыжи и плавание – ими она занималась виртуозно и без принуждения. Кстати, тогда я очень увлекалась шейпингом и вела занятия в школе для всех желающих. Ко мне и ходила моя подруга, поскольку работала в этой школе вместе со мной и просто не могла отставать от подруг. Заниматься ей было скучно и тяжело, но она надеялась, что постепенно привыкнет, уповая на мое обещание, что в результате тренировок к ней придет «мышечная радость». Я действительно так считала, тем более, что, конечно, не я это придумала, а так должно быть у всех! Должно – то должно, но к Земфире она так и не пришла по неизвестной науке причинам. После каждой тренировки она подходила ко мне с вопросом: «Ну, и где?» Я, не всегда врубаясь, о чем она, с непониманием смотрела на нее, а она, глядя на меня своими большущими, выразительными и очень нечастными глазищами, тихо добавляла: «Мышечная радость? Я все жду, жду, а ее все нет и нет…» Мы смеялись, но вопрос оставался открытым. Скорее всего, нелюбовь к шейпингу отбивала у нее всякий позитив, в том числе и мышечную радость. Это подтверждается тем, что занимаясь на тренажерах она, наконец, получила желаемый результат!  И даже умножила его – к мышечной радости прибавилась мышечная сила, мышечный тонус и мышечный рельеф.  То есть – шейпинг ей не подходил, зато тренажеры – очень даже!

А вот у меня тренажеры не вызывают никаких эмоций, как и бассейн, к сожалению. Я всегда тяготела к гимнастике, поэтому одно время увлекалась шейпингом, но потом забросила занятия как таковые вообще. Все это время, с тех пор, как я не занимаюсь никакой физкультурой, меня мучают угрызения совести. Особенно меня угнетает своим образцово-показательным в этом смысле образом жизни собственный муж. Он буквально круглые сутки тренируется – то он на тренировке по карате, то убежал прокатиться на лыжах, то плавает, то делает разминку, и, что самое убийственное, каждое утро делает зарядку! Что характерно, он не только мозолит мне глаза, но и постоянно прорабатывает меня, что я несознательная и ленивая, раз не занимаюсь физкультурой. У меня, конечно, выработался стойкий иммунитет против таких «наездов», но в глубине души я знаю, что муж прав. От этого я, вместо того, чтобы согласиться с его разумными доводами и повиниться, наоборот, злюсь и обижаюсь на него. А все для того, чтобы не менять полюбившееся ничегонеделанье на зарядку. В этой ситуации необходим какой-то толчок, а лучше пинок под зад. Эту роль и сыграло появление вблизи меня кружка танцев.  Теперь я считаю себя счастливицей – люди тратят деньги, ездят далеко от дома, чтобы получить то, что им подходит, а я получаю то же самое «не отходя от кассы» — в стенах родного предприятия, и весьма по щадящей цене! Ну, разве не счастье? Конечно, счастье!

На последнем занятии я опять несколько раз танцевала с Дамиром… Как здорово, когда партнер тебя ведет в танце! Можно свою партию и не знать, все равно получается танец. Жаль, все-таки, что Володя не занимается со мной. Но надежды я не теряю – какие мои годы (всего 60 неполных лет), все еще впереди! Буду заниматься, пока есть возможность – спасибо судьбе, что она вновь привела меня к танцам, причем доставила их прямо на «блюдечке с голубой каемочкой» — непосредственно по месту работы! Ну как я могу не оценить такой подарок! Так что могу перефразировать название своего рассказа –

                                 «Где бальные танцы, там и я!»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *