Символ веры.

Символ веры 

Честно говоря, я не особо хотела в этот спорткомплекс.

Просто Гузелька приезжала на день раньше других гостей и была реальная возможность подарить ей на восьмое марта этот культпоход.  Я сама, еще по телефону, предложила ей такой подарок, потому что знала, что ей, физкультурнице со стажем, это понравится. Подруге предложение мое пришлось по душе, так что назад хода не было.

Спортивный центр, который мы собирались посетить, находится во вновь построенном городе-спутнике Казани, Иннополисе, который неожиданно возник вблизи нашей деревни «Введенская слобода». Это градостроительное новообразование вызывает у нас, и, в частности, у меня, противоречивые чувства, преимущественно со знаком минус. Расскажу подробнее. Строительству этого городка предшествовала большая подготовительная работа, включавшая в себя всевозможные, якобы научные, изыскания, на основании которых в руководстве республики было принято решение, что нам просто необходимо иметь свой современный полигон для научных разработок всяких нано-технологий и прочей хрени. Ну, просто, до зарезу нам это надо! Гораздо «наднее» больниц, школ, детсадов и домов престарелых! Еще нужнее автодорог, домов отдыха и санаториев. И, конечно, гораздо важнее проблем инвалидов и соцзащиты населения. Довольно долго можно перечислять, на что в республике можно и нужно потратить деньги, но мы выбрали (у нас же демократия, все решают массы) развитие научной мысли, правда, никто не знает, какой.  Ну конечно, в Москве же есть Сколково, а мы? Как же мы, татары, не догоним и не перегоним Москвичей? Нам же тоже надо! Мы же не хуже! Мало того, под это дело можно срубить нешуточные бабки из федерального бюджета. Не знаю, конечно, как они сговаривались, но проект был запущен в дело под патронажем господина Медведева. Татары развили кипучую деятельность, результат которой оказался плачевным конкретно для нас – новому городу быть в Верхнеуслонском районе республики, на высоком берегу Свияги, аккурат в непосредственной близости от нашей деревни – Введенской слободы. Какие-то «умники» определили, что именно здесь, в еще экологически привлекательном районе надо нагадить – построить город с 300-тысячным населением, который будет сливать, пардон, дерьмо,  в более-менее чистую пока реку. Определив местоположение объекта, срочно, по новой моде, был устроен кастинг мирового масштаба на предмет поиска желающих выполнить эскизное предложение по размещению и генеральной планировке еще пока «голубого» города, если вспомнить текс песни «Голубые города».  Для тех, кто еще не очень понимает природу кастинга, поясню. По-простому это приблизительно выглядит так: заказчик объявляет конкурс на то, кто дешевле и за наименьшие сроки выполнит работу.  

Оказывается, Татарстан популярен во всем мире! Предложений было море, но мы,  любители экзотики, выбрали Сингапурских проектировщиков, видимо, как наиболее близко знакомых с нашими местными условиями. Хотя, напрашивается версия, что только Сингапур согласился участвовать в проекте за те деньги, которые мы предлагали. Хорошо, что не Гондурас. Как бы то ни было, иностранцы лихо наваляли проект, который и послужил отправной точкой для дальнейших печальных событий. Прослышав обо всем вышесказанном, мы нашли в недрах интернета этот Сингапурский проект. В состав города по нему входила большущая территория, ограничивающаяся с одной стороны побережьем Свияги, и включающая в себя все близлежащие деревеньки, включая нашу. Приглядевшись, на месте своего дома я заметила запроектированный дом престарелых – вот и все, что планировалось взамен нашей Введенки. Не скажу, что нас сильно порадовало то, что мы увидели, но оставалась надежда, что все это так и останется на бумаге, учитывая специфику нашего государства.

Прошло довольно много времени, достаточно, чтобы забыть обо всем этом, когда у нас на работе появились чертежи конкретных зданий Иннополиса (я работаю в проектном институте). Уже разработанные! Мы узнали, что проект не только сделан, но и согласован со всеми инстанциями, и сейчас уже идет разработка рабочей документации. Посмотрев альбом видовых кадров, мы пришли в ужас! С этих листов за версту веяло буйной студенческой фантазией первых курсов, когда нет понятия о конструктивных элементах зданий! Здания круглые в плане, неправильной и треугольной формы в плане помещения, окна в шахматном порядке на фасадах! Косые стены, консольные конструкции невероятного выноса – все эти элементы были представлены в этом эскизном проекте в изобилии. Ощущение, что это сборник клаузур студентов-архитекторов второго курса, было стопроцентным (клаузура – быстрое проектирование, когда за полчаса надо представить идею на заданную тему).  У меня закралась мысль, что проект нашего татарского Иннополиса доверили делать молодым московским архитекторам (проектировала Москва), и дали им «карт-бланш — делайте, что хотите! Пусть детишки порезвятся, может, и не построит никто, а если построят, то в каком-то Татарстане, а не у нас. Ребята постарались и в результате проект был запущен в действие, согласован, и передан для дальнейшей разработки в Казанскую проектную организацию «ГипроАвиапром», заделавшуюся генпроектировщиком.  Предполагаю, что это было очень нужно кому-то очень высоко сидящему. Казанские проектанты принялись за работу и вскоре взвыли от предлагаемых в проекте идей. Однако, создатели «шедевра» не шли ни на какие уступки, так что пришлось спроектировать все задуманное. Постепенно выяснилось, что ГАП не может обработать весь объем и стал брать на субподряд другие проектные организации, включая СХПП, где я работаю. Нашей группе досталось здание производственной базы эксплуатации, которое находится в дальней части города, и не влияет на его архитектурную концепцию. Только поэтому проектировали мы его сами, без указок со стороны. Тем не менее, крови он нам попортил изрядно, и все, что связано со словом Иннополис вызывало у меня тошноту.  А тем временем был заложен первый камень в строительство города, для чего приезжал лично Медведев, чтобы собственноручно это сделать и оставить потомкам загадочную фразу: «Я не знаю, что здесь будет, но верю, что будет здорово!» Мое мнение такое, что если мы и дальше будем строить по этому принципу, то скоро будем спотыкаться о никому не нужные здания непонятного назначения.

Затем мы воочию стали наблюдать за тем, как растут здания на стройплощадках Иннополиса, проезжая каждую неделю по пути в деревню мимо нее. Каждую неделю я видела, как увеличиваются косые стены спорткомплекса с треугольными окнами, добавляются этажи жилых домов с окнами в шахматном порядке, и как приходит в негодность дорога, по которой мы ездим, от постоянно курсирующих по ней груженых самосвалов. А потом произошла история, достойная занять почетное место в плеяде анекдотов о формализме руководства. Посреди высокого плато, на котором возводится Иннополис, размещается старая деревушка Елизаветино. Есть ли у нее связь с известной царицей, дочерью Петра Первого, не знаю, но название историческое. Однако, жителям было предложено переименовать деревню на злобу дня в «Иннополис»! Полторы старушки, коренное население деревни, возражать не решились, и решение было принято. Люди, прочитавшие об этом в прессе, угорали со смеху, недоумевая, что в нашем руководстве всерьез могли на такое пойти. Наверное, слухи о реакции народа на подобное решение дошли до того, кого надо, и деревню переименовывать не стали.

Строительство шло полным ходом, и мы на собственной шкуре испытывали его «прелести». А все потому, что дом наш стоит на центральной улице деревни, она же является продолжением дороги и ведет прямиком к берегу реки, где был организован причал для разгрузки песка, ПГС, щебня и прочей строительной надобности. Груженые и порожние шести и двенадцати тонные машины круглосуточно курсировали мимо наших окон. Спать стало проблемой, потому что машины предпочитали ездить ночью!  Если вспомнить, что мы в деревню приезжали, вообще-то, отдыхать, то ситуация никуда не годилась. Мы жаловались, но пока не построили другую дорогу приходилось мучиться. А вы говорите! За что же мне любить Иннополис? Послушали бы вы грохот, который шел от дороги — согласились бы со мной.  Как следствие, дорогу нам здорово подпортили, а восстанавливать никто не собирается, так – то вот.

Недавно этот молодой городишко стал «одушевленным», то есть в нем появились первые студенты и преподаватели, поскольку мозговой центр этого населенного пункта – университет. Пустили в эксплуатацию само здание университета, спорткомплекс, общежития, жилые дома, детский сад и школу. Заработала и архитектурная домината города – технический центр.  Здание это в плане представляет из себя кольцо, а фасадом успел намозолить нам глаза, светясь всеми цветами радуги по правую руку от машины, когда мы вечером подъезжаем к Введенке. Это событие (открытие города) было широко разрекламировано в СМИ, и мы с мужем заехали туда на «экскурсию». Муж мой совершенно сумасшедший спортсмен, поэтому, первое, что мы осмотрели – это спорткомплекс. Появление в непосредственной близости от моего мужа такого спортивного комплекса – приятное дополнение к мероприятиям в выходные дни, поскольку мы традиционно проводим их в Введенке. Любезная девушка с ресепшена провела нас по всему комплексу. Мы полюбовались лазурной водой двадцати пяти метрового бассейна, отметили, что рядом с ним есть джакузи. Прогулялись по раздевалкам — я по женской, муж по мужской, не забыв убедиться, что и тут и там есть и сауна, и «хамам». Затем мы поднялись по лестнице на второй и третий этажи, обнаружив там залы для групповых занятий, тренажеры, беговые дорожки, теннисные столы и еще все то, что бывает в таких центрах. Нам все очень понравилось, особенно, учитывая то, что все такое новое-новое, просто «с иголочки».  Осмотрев другие сооружения городка, которые были доступны, мы сделали вывод, что, хотя и видно, сколько средств вкладывается в это строительство, но уютным это место станет еще не скоро. С сим мы вернулись в Введенку.

Спустя какое-то время, на всех столбах нашей деревни, и на воротах культурного центра – магазина «У полковника» (такое у него название), были расклеены объявления о дне открытых дверей в спорткомплексе Иннополис. Для всех желающих. В этот день Володя не смог пойти, но, вскоре посетил бассейн и остался очень доволен. Стоимость разового посещения составляла 500 рублей, вполне доступно, особенно, если учесть, что время пребывания не ограниченно и можно воспользоваться всеми услугами, которые есть в наличии.

Со свойственной Володе привычке навязывать свои пристрастия мне, в частности, спортивные, он стал поговаривать, что мы как-нибудь, поедем туда вместе и получим «массу удовольствия». Я не разделяла его оптимизма, потому что знаю себя – мне заранее не хотелось менять любимое ничегонеделание дома на «активный» отдых.

А тут подкатило 8 Марта, и мы решили позвать гостей в деревню. Пригласили всех на воскресенье, а Гузелька, как иногородняя (живет в Ульяновске), собиралась приехать в субботу. Тут-то я и ляпнула про спорткомплекс. Слово вылетело, делать нечего, поэтому я порылась и нашла купальник, а вот спортивных штанов у меня не было.

Позвонив мужу, который был еще в Казани, я попросила привезти их из дома.

Гузелька приехала довольно рано, еще до обеда, и до приезда мужа мы провели в беседе. Благо поговорить было о чем – она живет одна, помощи ни от кого нет, с сыновьями проблемы. Так что она успела все рассказать, и повозмущаться, и проплакаться. Параллельно я готовила то, что хотела сделать к праздничному столу – мариновала курицу, чистила картошку, сделала селедку под шубой. А Гузелька, выговорившись, убралась на втором этаже дома и подмела комнаты на первом.

Когда приехал Володя, мы были совершенно свободны от дел и повода отказаться от поездки в Иннополис я не нашла. Хотя он был, когда выяснилось, что муж, конечно же, не нашел нормальных штанов, и привез мне свои старые, в которых уместнее всего мыть полы в подъезде, а лучше – мыть полы ими вместо тряпки. Обрядившись в эти выцветшие, с вытянутыми коленками, короткие (выше щиколотки) штаны, я еще нацепила, за неимением футболки, рубашонку и резиновые шлепки. Ну, просто отпад! Техничка преклонных лет, не хватает только швабры. Особенно на фоне Гузельки с ее роскошной фигурой и со вкусом подобранными шмотками (что есть, то есть – выглядит она всегда превосходно и одевается весьма недурно). Однако, здраво рассудив, что мой внешний вид мало кого волнует в Иннополисе, я решила, что сойдет и так, и решила не возникать, чтобы не портить никому настроение.  Муж мой и Гузелька, всегда готовые к занятиям спортом, тоже быстро собрались.

В 18.00 мы отчалили от дома. Припарковав машину на стоянке у спорткомплекса, мы вошли в здание. Надев в тамбуре предлагаемые бахилы (молодцы), мы подошли к стойке ресепшена. Но прежде нас «обшмонал» милый с виду молодой человек – охранник. Он любезным голосом предложил выложить все из сумок, что мы и проделали. Я посочувствовала ему, предположив, что, наверное, затруднительно каждого посетителя так досматривать. Он согласился, но доверительно сообщил, что скоро установят просвечивающие устройства, что облегчит ему задачу. Порадовавшись за него, я повернулась к стойке. Там как раз подошла наша очередь. Выяснилось, что нам с Гузелькой надо расписаться в журнале о местных правилах, что мы и сделали, не читая оные, как оказалось, напрасно.  Володя, как бывалый посетитель, вместе с нами только записался в обычный список клиентов, поступивших на обслуживание. Тут обнаружилось, что за магнитные ключи от шкафчиков раздевалок надо давать залог, о чем и было упомянуто в правилах. Для залога годились документы, права или паспорт. Мы не были готовы к такому повороту, особенно Володя. Его это почему-то разозлило, и он устроил небольшой скандал на тему: «Обидели клиента», долго внушая девушке за стойкой, как она не права. Этим он слегка подпортил настроение, в основном, себе. Ключи и полотенца мы, наконец, получили, и, с трудом оторвав Вовку от стойки, направились в раздевалку, предварительно оставив верхнюю одежду на открытой вешалке.

Переодевшись, мы поднялись на третий этаж, туда, где стоят тренажеры и теннисные столы. Народу почти не было, в чем, собственно, главное преимущество этого комплекса – кто из Казани поедет сюда, за 40 км от города? А своих тут  — раз, два и обчелся. Несмотря на пустующие стойки персонала, вскоре к нам подошел вежливый молодой человек и сказал, что в зону тренажеров со специальным покрытием нельзя ступать ни в чем, кроме спортивной обуви. Очевидно, за нами наблюдали камеры. Я была в шлепках, которые не годились для этого замечательного покрытия, Гузелька тоже. Решение пришло само собой – я просто не подойду к тренажерам, а подруга пошла за своими кроссовками, в которых приехала (отмыть подошву ничего не стоило).

Мне молодой человек разрешил играть в настольный теннис в носках, чем я осталась вполне довольна. Что характерно, все это время мы общались с персоналом одни, без Володи, он еще не вышел из гардероба. С ним я столкнулась внизу, когда пошла за ракетками и шариком, потому что их выдавали на ресепшине. Тут опять оказалось, что нужен залог. Встреченный мной Володя, забыв былые обиды на персонал, благородно согласился внести свой паспорт в качестве залога, зная, что у меня с собой нет ни денег, ни документов.

Наконец, мы принялись за занятия – сначала я и Володя играли в теннис, Гузелька была на тренажерах, потом мы дружно ходили и бегали по дорожкам, потом спустились в бассейн. Пройдя сквозь душевую, мы с Гузелькой, получив из рук еще одного приятного молодого человека шапочки и очки, плавали уже полчаса, а Володи все не было. Заволновавшись, мы попросили молодого мужчину кликнуть с мужской стороны Владимира Андреевича. Человек ушел, и пропал. Мы, слегка замерзнув, ушли греться в сауну и хамам, надеясь, что Володя как раз этим и занимается до купания. Вернувшись, увидели, наконец, Володю, который все это время, конечно, провел в «парных», грелся. Потом он нам рассказал, что разговаривал с мужиками, а один из них, после долгих разговоров, вдруг спросил, как его зовут, и, услышав ответ – Владимир Андреевич, вспомнил, что его ждут. Вот и проси у мужиков чего-нибудь! Болтун!

Накупавшись, насидевшись в джакузи, нагревшись в парных, мы, около 9 вечера, засобирались домой. Расслабленные и довольные, мы вывалились на улицу, сели в машину и поехали кататься по Иннополису, устроив Гузельке экскурсию.

И тут, началось. Володя вдруг спохватился, где ключи от дома. Я почти не среагировала, потому что такие вещи мне привычны и у меня на них иммунитет. Если бы я остро реагировала каждый раз, когда мой муж что-то теряет, я давно бы сидела в палате №6 с Наполеоном и великим Гудвином. Он теряет все и всегда, но, по счастью, почти всегда находит, как случилось и в этот раз. Но тут эстафету переняла Гузель, за которой я раньше ничего подобного не замечала.  Она неожиданно заявила, что не знает, где ее ключи от машины. То, что она взяла их с собой, я подтвердила, поскольку видела их у нее в руках на выходе из дома. Она хотела переодеться в куртку, которая осталась у нее в машине. Больше я ничего не видела, но она уверяла, что взяла куртку, взяла из машины ключи от своего дома (в Ульяновске!), прицепила ключи от машины на тот же брелок с ключами от дома, и всю эту железную мотню взяла с собой в Иннополис. Зачем – вопрос риторический. Наши предположения, что может, она не взяла ключи, оставив машину открытой, Гузель бесповоротно отвергла. Она положила ключи в карман куртки. Это она помнила отчетливо. К сожалению, только это, потому что все, что она делала с ключами потом не задержалось в ее памяти, вернее, она считала, что ничего больше не делала. «Склероз, зачем ты мучаешь меня?» — перефразируя романс Дианы, можно взять за эпиграф к ситуации.

Дальше начался методичный поиск ключей. Сначала Гузель перерыла все свои вещи. Потом мы обыскали всю машину, по очереди – Гузель, Володя, я. Потом отправились в спорткомплекс и перерыли там весь шкафчик, гардероб верхней одежды и обсмотрели все полы на предмет выпадания из кармана. Безрезультатно. И тут Гузелька заревела. Она натурально плакала со всеми составляющими – всхлипы, слезы и сопли. Мы успокаивали, но она продолжала реветь, как ребенок. Вообще-то было, от чего. Она в другом городе, как быть? Запасных ключей нет —  как ехать, что делать?  Мы ехали по направлению к деревне, не зная, что предпринять. Володя про себя думал, что сейчас поедет с Гузелькой в Ульяновск за запасными ключами, но вовремя вспомнил, что ключей от квартиры тоже нет. Гузелька ревела, а я вспомнила, что, когда потеряешь что-то, верующим помогает молитва «Символ веры». Я озвучила эту мысль и, приказав Гузельке повторять за мной, начала читать эту молитву: «Верую во Единого Бога Отца Вседержителя…» Гузелька, сидящая сзади меня, хлюпая и заикаясь, послушно повторяла за мной. «Нашла!!!» — прямо мне в ухо заорала Гузелька, всего лишь на втором предложении молитвы. «Вот что Крест животворящий делает!», то есть, искренняя молитва! Она, сидя на заднем сиденье, продолжала шарить по машине, Бог знает, на что надеясь, и нашла! Оказывается, она умудрилась засунуть СВОИ ключи в кармашек переднего сидения НАШЕЙ машины! Ну, как ей это пришло в голову? И, главное, как она могла тут же об этом забыть? Причем, насмерть? Загадки угасающего сознания.

Радостно — возбужденные, мы вернулись домой и весь вечер прикалывали оправдывающуюся Гузельку. В приподнятом настроении, перед ужином мы выпили ожидающего нашего возвращения пива, прикусывая его чипсами и селедочкой, оставшейся от приготовленной мною «шубы». Одного баллона нам оказалось мало, и Володя вынул второй, купленный специально для Земфирки, ожидаемой завтра в гости. Земфира равнодушна к алкогольным напиткам, но в застолье полагается что-то пить, и она выбрала для себя пиво.  Теперь среди наших друзей считается невежливым, если у хозяев нет пива для Земфиры, и мой муж, трепетно относящийся к вопросу выпивона, всегда заботится о том, что будет пить моя подруга. В этот раз он решил побаловать ее, и выбрал пиво с добавлением лайма, которое не купишь в обычном магазине. И вот, он вынимает из холодильника этот «именной» напиток, и говорит: «Кому налить?» «Мне!» — первая кричит Гузелька, уже нетрезвая от выпавших на ее долю переживаний и предыдущего, еще легального, баллона. Я, хотя не ушла далеко от подружки, все-таки помнила, для кого это пиво, и сделала слабую попытку возразить.

Главный мой аргумент был следующий – где мы возьмем такое пиво, если здесь, в Введенке, его не купить? Заметьте, мысли о том, что нам уже хватит, не было. Но общее руководство нашим застольем осуществлял Володя, который с загадочным видом намекнул, что эту проблему он решит. Было ясно, что он уже принял решение — пиво –то он вытащил! Так что последнее слово оказалось за ним. Вернее, не слово, а дело – он просто разлил нам в бокалы это украденное у Земфирки пиво, и мы с удовольствием его выпили. Это контрольное вливание завершило вечер, потому что наш разжиженый бассейном и пивом мозг потребовал отдыха, и мы, засыпая на ходу, отправились «на боковую».

На другой день после обеда мы ждали гостей, а с утра в нашей местной церкви была служба, и мы планировали ее не пропускать. С недавних пор мы с мужем на общественных началах заменяем церковный хор, так что для нас утренняя литургия – почти работа, неявка влечет за собой проблемы у отца Прокопия, местного батюшки. Гузельку мы тоже звали с собой в церковь, но с этим были сложности.  Она до сих пор не решила для себя вопрос своей принадлежности к какой-либо конфессии. Традиционно она считала себя мусульманкой, но окрестив сыновей (муж был русский), стала задумываться, не перейти ли ей в православную веру.  Особенно остро эта проблема встала перед ней в последние годы, когда начались проблемы у детей, и мать не знала, как за них молиться? В мечети за крещеных, или в церкви, будучи не крещеной? Раньше нам, воспитанным в кромешном атеизме комсомольцам, такие проблемы были не понятны и даже смешны. А сейчас, имея за плечами жизненный опыт, начинаешь понимать, что в жизни все промыслительно, что просто так ничего не бывает, а, значит, нужно участвовать в этом процессе, а путь к нему один – молитва.  Вот Гузелька и мается, болтаясь в одиночестве между двумя долгами – родителям и детям. Что перевесит – вопрос. На в этот раз она решила повременить с церковью, и съездить по делам, чтобы вернуться вместе со всеми гостями.

Мы все успели – и на службу, и к гостям. По пути из церкви я было чуть не зашла в магазин, чтобы купить пиво, дабы восполнить причиненный вчера ущерб, но Володя остановил меня, сознавшись, что этот вопрос он уже решил. Оказывается, он попросил купить такое-же пиво Сергея, которого мы ждали в гости, и он просьбу выполнил. Вечер прошел удачно. Мы рассказали вчерашнюю историю друзьям, они оценили анекдотичность ситуации и изрядно повеселились. Выходные пронеслись, как всегда, незаметно. Гузелька отбыла в свой Ульяновск, опять к своим проблемам и заботам.

На другой день она позвонила мне, спросила, какую молитву выбрать, чтобы молиться за детей? Я посоветовала, как могла. А Гузелька сказала, что Коран она не убрала, но рядом положила Православный молитвослов…

                                                                                                                  18.03.2016 г.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *